Российский художник Петр Павленский, который пытался поджечь дверь здания ФСБ России, на заседании в Таганском районном суде Москвы, где рассматривалось ходатайство о его аресте, потребовал, чтобы его обвиняли в терроризме. Об этом пишет Дождь.
Свою позицию он аргументирует тем, что аналогичное хулиганство и другие противоправные деяния российское правосудие классифицирует как терроризм.
"Если следовать логике, то, что я сделал, - это то же самое, что сделали крымские террористы и АБТО, я требую тоже обвинять меня в терроризме", - заявил художник в суде.
"Мне льстит мотив идеологической ненависти. ФСБ сфабриковала дела Сенцова-Кольченко и АБТО", - добавил Павленский.
После этого он сказал, что не собирается давать показания и будет молчать до тех пор, пока обвинения не изменит статью, по которой его будут судить.
Сделайте запасы пищи и не игнорируйте тревоги: киевлян призвали готовиться к худшему
Денег не дадут, проверки усилят: что изменят для украинцев за границей
ПФУ заявил об увеличении важной выплаты: кто получит больше денег
Детей выпишут из жилья без предупреждения: в Украине обновили правила регистрации
Напомним, против Павленского, который пытался поджечь главный вход в здание ФСБ России на Лубянке, возбуждено уголовное дело по статье "вандализм". Позже художника отправили в следственный изолятор.
Отметим, художник Петр Павленский не первый раз задерживается российскими правоохранителями за эпатажные действия и перформансы.
23 февраля в центре Санкт-Петербурга - у храма Спаса на Крови художник провел акцию под названием "Мини-Майдан", где поджигал автомобильные покрышки.
Читайте также: Появились подробности поджога дверей здания ФСБ (видео)
В октябре 2014 года на крыше института психиатрии имени Сербского в Москве Павленский провел инсталляцию "Отделение". По словам самого художника, эта акция была направлена на то, чтобы психиатрия не использовалось в политических целях.
А в 2012-м у стен Казанского собора в Петербурге состоялась акция в поддержку Pussy Riot, суд над которыми в те дни проходил в Москве. Художник зашил себе рот толстой капроновой нитью, предварительно в домашних условиях проколов пять дыр над верхней и под нижней губами.