Нацистская Олимпиада-1936: последствия для Европы и судьба спортсменов

1 августа 1936 года открылись Олимпийские игры в Берлине – столице Третьего Рейха. Не смотря на протесты и откровенный бойкот, устроенный некоторыми странами, Международный олимпийский комитет закрыл глаза на тоталитарный расистский режим в Германии.

Портал "Знай" рассказывает, как эта Олимпиада повлияла на Вторую мировую войну, и какая судьба ожидала немецких олимпийских чемпионов.

Полковник-чемпион

21 июля 1944 года полковник Хайнц Брандт умрет. За день до этого заговорщики взорвут бомбу в ставке Гитлера, пронеся её на совещание штаба в портфеле. Фюрер выживет, отделавшись ожогами и легким испугом. А Брандту, фактически спасшему диктатора тем, что случайно переставив бомбу подальше от вождя, оторвет ноги. Но это будет в 1944-м, в разгар Второй мировой, когда поражение Германии виделось все отчетливее.

А в 1936 году счастливый Брандт, олимпийский чемпион по конкуру, со своим конем по кличке Алхимик, будет стоять на пьедестале, и принимать золотую медаль из рук того, кто через 8 лет станет причиной его смерти. Догадывался ли чемпион, что спустя три года начнется война, конца которой он не застанет? Вряд ли.

Не думали об этом и в МОКе. Принимая решение провести игры в Берлине, функционеры считали, что "ничто не способно нанести ущерб олимпийскому движению". Не ожидал такого поворота и Почетный президент комитета Пьер де Кубертен, называвший фюрера "одним из лучших творческих духов эпохи". Даже американские чиновники от спорта полагали, что Гитлер хоть и странный, но лучше всяких коммунистов, а "евреи должны понимать, что не могут использовать Игры как оружие в их борьбе против нацистов". Отрезвление придет позже, нацистские танки начнут утюжить Польшу, а затем – оккупировать города Дании и Норвегии.

Борьба за превосходство

После войны из уст олимпийских чиновников прозвучит раскаяние, но в 1936-м Гитлеру прощают почти всё. Разве что просят вести себя поприличнее. Это сейчас крупнейшими неурядицами Олимпиады становятся допинговые скандалы. Претензии к Третьему Рейху со стороны части мирового сообщества были серьезнее: антисемитизм, расизм, тоталитарное государство.

Да, с улиц Берлина пропали таблички "евреи нежелательны", но негласный запрет на посещение отдельных заведений сохранялся. Фюрер не пожал руку чернокожим и еврейским спортсменам, тогда его просто попросили не пожимать руку никому.

По иронии, самым результативным спортсменом стал афроамериканец Джесси Оуэнс, завоевавший золото в четырех видах спорта: беге на 100 и 200 метров, эстафете и прыжках в длину. Чемпион вовсе не расстроился из-за отказа Гитлера. Он хотел поехать на Игры и утереть нос всем, кто говорит о превосходстве белой расы, что ему и удалось.

Тем не менее, победила Германия, собрав большинство медалей – 89. Вместе с будущими союзниками: Венгрией, Италией и Японией, получилось в сумме 164 награды из 388. Превосходство арийской расы казалось доказанным фактом. Пройдет несколько лет и экс-призеров Олимпиады призовут, дадут оружие и отправят доказывать "превосходство" на немного иных состязаниях.

Судьба нацистских чемпионов

На войне нет независимого судейства и однозначных правил, а проигравший часто платит куда дороже, чем неполученная медаль. Для многих олимпийцев война станет последним состязанием.

Чемпион по метанию ядра Ханс Вельке пойдет служить в полицию на оккупированных территориях и погибнет в перестрелке с партизанами недалеко от деревни Хатынь, что в Белоруссии. В отместку за смерть спортсмена, немцы устроят в деревне резню, в которой погибнут 149 мирных жителей. Эта карательная операция войдет в историю как "Хатынская трагедия".

Трехкратный олимпийский чемпион, гимнаст Альфред Шварцман станет парашютистом. В первые дни оккупации Голландии он получит тяжелое ранение в легкое при высадке, но выживет. По легенде его обнаружил голландский патруль и хотел добить, но в патруле был конькобежец Симон Хейден, узнавший коллегу-спортсмена. Шварцман, кстати, войну переживет и даже завоюет серебряную олимпийскую медаль в 1952 году. Никаких преступлений за время войны он не совершил, так что претензий к нему не было.

Людвиг Штуббендорф, немецкий наездник, завоевавший два олимпийских золота в 1936-ом году, уйдет в артиллеристы, а позже, в 1941-м, погибнет на Восточном фронте. Его могила до сих пор находится между Могилевом и Гомелем, где в 1944-м погиб другой немецкий атлет – Курт Хассе.

Пройдет войну в звании рядового и самый скандальный немецкий спортсмен – прыгун в высоту Генрих Ратьен. Дело в том, что при рождении пол ребенка установить было невозможно из-за особенностей тела. Родители воспитывали Генриха как девочку по имени Дора. В результате на Играх Генрих выступал за женщин. И только в 1938 году после чемпионата Европы в Вене был признан мужчиной и лишен наград. Тем не менее, самому Генриху это принесло облегчение, он обрел себя и после войны зажил спокойно. До самой смерти в 2008 году он заведовал бременским трактиром.

В 1943 году при вторжении войск союзников на Сицилию погиб немецкий атлет Луц Лонг, который как раз и уступил чернокожему Джесси Оуэнсу в состязаниях по прыжкам в длину на Олимпиаде-1936. Не смотря на прямой запрет Гитлера общаться с неарийскими спортсменами, Лонг сердечно поздравил Оуэнса с победой. Говорят, что фюрер в бешенстве покинул свою трибуну и больше в тот день за соревнованиями не следил. Но ярость диктатора не помешала дружбе великих спортсменов. После знакомства на Олимпиаде, они вели оживленную переписку. Луц писал Оуэнсу и с фронта, просил, в случае гибели, проследить за судьбой своего сына Кая. Джесси сдержал обещание и разыскал Кая после войны. История Лонга и Оуэнса навсегда осталась символом честного спортивного соперничества и настоящего олимпийского духа.

Легитимизация нацизма

В древности с началом Олимпийских игр, по всей Элладе прекращались войны. Игры считали священным действом, несовместимым с массовым убийством. По иронии судьбы Олимпиада-36 внесла лепту в начало войны. Ведь решение провести игры, фактически, легитимизировало власть национал-социалистов в глазах мировой общественности. А сам Гитлер вновь убедился, что репутация среди других стран у него не такая уж и плохая, что развязало ему руки для аншлюса Австрии, оккупации Чехии и вторжения в Польшу. К чему это привело, нам хорошо известно.