Не будет преувеличением сказать, что марш «Национальных Дружин» всколыхнул украинскую общественность. Вот шесть сотен молодых людей идут в ногу, дают присягу украинскому народу, обещают бороться с криминалитетом. Но все это вызывает целый ряд вопросов, на которые официальные представители «НацДружин» ответов не дают. Кто финансирует этот проект? Какие законодательные основы его существования? Какие права и обязанности дружинников?

Ведь буквально через пару дней после присяги в сети появилось видео, на котором «защитники правопорядка» устраивают драку с полицией, жгут фаеры и ведут себя явно не законопослушно.

И, конечно, куда деть негативные ассоциации, связанные как с военизированным стилем молодых людей, так и с самим словом «дружинник»? А эти негативные ассоциации имеют четкую историческую основу.

Разноцветные рубашки

Чаще всего звучат, конечно, ассоциации с «Штурмовыми отрядами» (СА), созданными в недрах Национал-социалистической партии еще в 1921 году. Именно СА сыграли роль силовой группы, которая создала условия для прихода Гитлера к власти. Потом, правда, в НСДАП рассудили, что доверять не очень дисциплинированным «штурмовикам», имевшим репутацию уличных бойцов, не стоит. И СА фактически разогнали, заменив на верных Гитлеру до гроба фанатиков из СС.



Но, создавая своих «коричневорубашечников» нацисты, строго говоря, не придумали ничего нового. Этот способ агитации, силовой борьбы за власть и привлечения молодежи в свое движение, уже был до того опробован фашистами в Италии. Да и вообще крайне характерен для фашистских партий того времени.

Только у Муссолини рубашки были черные, а называлась организация «Добровольная милиция национальной безопасности». Одними из первых жертв сквадристов, как их еще называли, стали австрийцы Южного Тироля, которые традиционно отстаивали свое право на национальную и культурную автономию в составе Италии. Режим Муссолини, естественно, выступал против культурной самобытности тирольцев, провозгласив политику «итализации» национальных меньшинств. Такой себе «итальянский мир».



24 апреля 1921 года тирольцы отмечали традиционный Frühjahrsmesse, праздник весны. Планировался костюмированный парад. Четыре сотни боевиков Муссолини сорвали парада, затеяв массовую драку. В результате один человек погиб и около полусотни были ранены. Сгорела редакция газеты «Аванти». Такая вот национальная безопасность.

Практику «цветных рубашек» переняли у итальянских фашистов практически все европейские партии и режимы с правым уклоном. «Британский союз фашистов» Освальда Мосли также предпочел черные рубашки. Правда, их последнее собрание разогнали простые британские рабочие, и Мосли был вынужден прикрыть лавочку.

В синих рубашках щеголяли фашисты в Ирландии, но были остановлены бойцами национал-освободительного движения из ИРА. Была даже такая экзотика, как «серебряные рубашки» (в США) и «золотые рубашки» (в Мексике). Бразильские фашисты отличились зелеными рубашками.



Все эти организации создавались по одному и тому же лекалу. Звучали речи о слабости полиции, защите закона и правопорядка. Но по сути это были всего лишь «боевые крылья» тех партий, внутри которых они формировались. И защищали они не законность, а интересы своих лидеров и финансовых доноров. А если их партия приходила к власти, то такие «дружины» просто начинали выполнять грязную работу по запугиванию и устранению неугодных.

Советские дружинники

Совсем другая история у «Добровольной народной дружины» (ДНД), существовавшей в СССР с 1927 года. Естественно, задачи удерживать власть с помощью таких организаций у Коммунистической партии не было, ее власть и так была почти абсолютна.

Популярные статьи сейчас

путин пытается закончить войну в Украине с выгодой для себя, паника в Кремле достигает пика

Дональд Трамп попался ФБР и его дети забились в истерике: "Байден занимался проституцией"

Михаил Подоляк намекнул оккупантам, что "хлопки" в Крыму - это только начало: "Карма найдет везде"

Денег может не хватить: несмотря на летний сезон, в Украине взлетели в цене перец, огурцы и кабачки

Показать еще



Зато дружинники демонстрировали показное единение советского народа и советской милиции. И, конечно, была у существования «Народной дружины» и своя темная сторона.

Во-первых, это был хороший способ выслужиться для преданных партии комсомольцев. Запись о членстве в ДНД в личном деле могла неплохо помочь продвинуться вверх как по партийной, так и просто по карьерной лестнице.

Во-вторых, после развала СССР выплыли на свет документы, которые показали, что за десятилетия своего существования советские дружинники совершили тысячи и тысячи преступлений. Которые милиция, само собой, покрывала, чтобы не бросать тень на уважаемую организацию. Члены дружин вымогали деньги, грабили, калечили и убивали простых граждан, но говорить об этом вслух было неприятно.



Конечно, бывали и исключительные случаи. Например, в 1972 году в Днепропетровске был арестован серийный убийца Александр Берлизов. Его не могли поймать целых три года именно потому, что Берлизов сам был одним из народных дружинников и регулярно участвовал в операциях по поимке себя же. Будучи в курсе всех планов милиции, маньяк спокойно уходил от преследования.

Это, безусловно, крайний случай, но если бы не «неприкасаемость» дружинников, Берлизова могли бы поймать и раньше.

Неприятный симптом

Конечно, все эти исторические сравнения очень условны. Никто не собирается всерьез сравнивать «Национальные дружины» с штурмовиками нацистов или советскими дружинниками. Но сам по себе факт появления организаций, которые желают взять на себя часть полномочий полиции, настораживает и говорит о многом.



Мы привыкли к тому, что только государство обладает монополией на насилие. Общество передает государственным органом право на силовое решение некоторых проблем ради общего блага. Если гражданам кажется, что полиция не справляется со своими обязанностями, то они, конечно, могут ей помочь, но уж точно не в рамках парамилитарных организаций мутного политического спектра.

Ведь получается парадоксальная ситуация. С одной стороны, в МВД говорят о том, что у них недобор и нехватка кадров. А с другой, несколько сотен людей, якобы желающих охранять правопорядок, работать в полицию не идут, а предпочитают полулегальное положение. Возникает вполне резонный вопрос: почему? К чему это все ведет? История учит нас тому, что ни к чему хорошему.