История войн, которые вело человечество, полна страшных кровопролитных сражений, и их сложно вспоминать без слез. Но случалось и такое, что битва получалась очень странной, и ее история вызывает смешанные эмоции. Внезапные союзы, курьезные случаи и неожиданные повороты частенько случались во время сражений. О них сегодня и поговорим.

Последние дни войны

5 мая 1945 года в Альпах произошло одно из самых странных сражений Второй мировой. И при этом оно достаточно малоизвестное.



Тирольский замок Иттер после аншлюса был тюрьмой для, в основном, высокопоставленных французских заключенных, хоть и был подведомственен администрации концлагеря Дахау. После того, как 30 апреля Гитлер покончил с собой, охрана из замка сбежала, а заключенные взяли тюрьму под свой контроль. Но и покидать замок они боялись, так как не знали обстановки в окрестностях.

Сделав несколько вылазок в ближайшие селения, бывшие заключенные вышли на майора Вермахта Йозефа Гангля, который проигнорировал приказ к отступлению, с небольшой группой солдат засел в соседнем городе Вергле, перейдя на сторону австрийского антифашистского сопротивления и пытаясь защитить местных от осколков дивизии СС «Гёц фон Берлихинген», рыскавшей вокруг.

Параллельно с этим французы и другие узники замка Иттер уговорили гауптштурмфюрера СС Курта-Зигфрида Шрадера взять, если будет необходимость, оборону замка на себя. Шрадер, по не совсем понятным причинам, лечился в замке от ранений, за это время успел подружиться с заключенными и остался с ними, после того как охрана сбежала.

Вся эта разношерстная компания объединилась с прибывшими к замку американцами во главе с капитаном Ли. Но пока Ли, Гангль и Шрадер разбирались в происходящем, к замку подступили те самые остатки дивизии «Гёц фон Берлихинген» и попытались взять его под свой контроль.



Расклад сил был такой: 150-200 эсэсовцев против 16 янки, 11 солдат Вермахта, 1 бывшего эсэсовца и пары десятков бывших заключенных. После звонка майора Гангля лидеру австрийского сопротивления Алоису Майру в Вергле, к ним на помощь выехало еще три человека - 2 немецких солдата и 1 австриец-подросток по имени Ганс Вальтль.

Замок удалось отстоять. Защитники продержались до прибытия американского полноценного подкрепления. Оставшиеся в живых эсэсовцы (около сотни) были окружены и взяты в плен.

По некоторым данным, единственным погибшим среди защитников замка оказался сам майор Йозеф Гангль, который пал от пули снайпера, пытаясь вытащить из-под обстрела бывшего премьер-министра Франции Поля Рейно. Посмертно он был признан Национальным героем Австрии, его именем названа улица в Вергле. До конца войны он не дожил буквально 2-3 дня.

Пьянство и отвага

Употребление алкоголя на войне не приветствуется по вполне понятным причинам. Напившись, солдаты часто ведут себя безрассудно и ставят под угрозу общее дело. Впрочем, эта история по-своему забавная, а ее героям поневоле начинаешь симпатизировать.



Дело было осенью 334 г. до н. э., когда Александр Македонский как раз воевал против персов. Осада Галикарнаса затянулась, ведь его стены строили сами греки, поэтому персы чувствовали себя в абсолютной безопасности. А любая затянувшаяся осада всегда начинает разлагать армию осаждающих. Воины Александра скучали, пьянствовали, спорили и дрались между собой.

И вот, в один прекрасный день, два гоплита из бригады Пердикка, делившие одну палатку, обпились вином до непотребного состояния и заспорили, кто из них храбрее. Логика пьяного человека полна тайн и загадок, поэтому хорошей идеей им показалось напасть на Галикарнас в одиночку.

Персы, увидев, что к стенам приближаются два пошатывающихся тела, которые кричат разные оскорбления, сначала перепугались. Решили, что это какая-то военная хитрость Александра. И отправили отряд разобраться с буянами. Оба гоплита оказались действительно храбрыми и успели, даже пьяные, положить немало персов, перед тем как пасть. Зато другие солдаты бросились им на помощь и хорошо потрепали персов перед штурмом.

Туалет раздора

В начале ХХ века расправившая плечи после Реставрации Мэйдзи Японская империя начала медленную, но уверенную экспансию. Логичной целью стал Китай, переживавший тогда не лучшие времена. К середине 1930-х часть территорий Китая были оккупированы японцами.



И вот 7 июля 1937 года на мосту Марко Поло в Пекине произошел одновременно страшный и забавный инцидент. По одну сторону поста стояли японцы, по другую – китайцы. Периодически случались перестрелки. После одной такой перестрелки на пост не вернулся молодой солдат Кимуро Кикужиро. Японцы немедленно забили тревогу и начали обвинять китайцев в том, что они убили или взяли в плен несчастного Кимуро. Начался бой, ставший отправной точкой второй Японско-китайской войны.

А что же Кимуро? А он вскоре вернулся на пост. Оказывается, он просто отлучился по нужде и заблудился в незнакомом Пекине. А вот потерпи он немного или предупреди начальство об отлучке, то и история двух государств могла бы сложиться иначе.

Солдат трех армий

Иногда судьба причудливо играет с человеком. Особенно в смутные и сложные времена. В 1938 году молодого корейца по имени Ян Кенджон призвали в японскую императорскую армию и отправили воевать с СССР в Манчжурию. После боя на реке Халхин-Гол он попал в плен. Красные не стали разбираться в этническом происхождении и взглядах солдата и привычно отправили его в лагерь.

Популярные статьи сейчас

ВСУ могут вернуть Крым и Донбасс уже в следующем году, а Беларуси не хватит духа напасть - в ГУР МО ответили на популярные вопросы

Ольга Сумская с грустью в глазах рассказала о событии, которое произошло впервые с начала войны: "А ощущение такое, как вчера"

После обстрела Белгорода губернатор области заявил, что жители могут забыть о спокойном сне: теперь и их пришли "освобождать"

Настя Каменских трогательно показала самый ответственный момент в ее жизни: "Я очень волновалась"

Показать еще



Но грянула Вторая мировая война, и многих узников лагерей погнали, как пушечное мясо, на фронт. Был среди них и Ян, которому теперь выдали советскую форму. В 1943 году он попал уже в немецкий плен под Харьковом. Немцы, как и «советы», иногда предлагали военнопленным повоевать на своей стороне. И Ян снова оказался в строю, в серой немецкой форме.

Спустя год, он снова попал в плен, но уже в американский. Неизвестно, предлагали ли ему американцы опять сменить форму. Вполне возможно, что помудревший кореец просто устал воевать то за одних глупых варваров, то за других, и решил дождаться окончания войны в лагере для пленных.

После войны он был освобожден и эмигрировал в США, где спокойно жил, добра наживал, завел двоих детей и умер в 1992 году.