Со временем память об исторических событиях затирается. И они становятся просто легендами, о которых известен сам факт, например, героизма, но никто уже не помнит деталей. Бой под Крутами, который произошел ровно сто лет назад, 29 января 1918 года, многие воспринимают именно как легенду. Группа украинских добровольцев, как 300 спартанцев, вышла против превосходящих сил большевика Муравьева, и все до одного полегли, задержав «красных» на несколько дней.

Это правда, конечно, но не вся. Посмотрим на эти трагические события более детально.

Где солдаты?

Главный вопрос, который задаст любой внимательный исследователь тех событий, звучит очень просто. А почему атаку Муравьева пришлось отбивать горстке добровольцев? Где была армия? Ведь еще в декабре 1917 года у УНР были достаточно внушительные военные силы. 2-й Гвардейский корпус, перешедший на сторону большевиков, был разбит 30-тысячной армией, которая уже спустя всего несколько месяцев как будто растворилась.


Объяснений у такого положения дел несколько. Во-первых, Центральная Рада крайне не вовремя принялась реформировать армию. Сама по себе идея реформы была не плоха, ведь, фактически, армия состояла из частей, которые еще недавно были русскими императорскими. Соответственно, доверия многим офицерам не было.

Но пока эти части сохраняли боеспособность, распускать их было ни в коем случае нельзя, ведь угроза со стороны большевиков была самая непосредственная. Тем не менее, 23 декабря Центральная Рада принимает закон «Об отсрочке призыва на военную службу и откомандирования из нее граждан Украинской Республики», а спустя три неделе – закон «О создании украинской народной армии (народной милиции)».

В теории все логично. Распускаем старую армию и тут же на ее основе создаем новую, построенную на новых республиканских принципах, а не на царских нагайках. Но время было выбрано крайне неудачное. За активным реформированием в Центральной Раде совсем забыли, что солдаты – это не просто числа в документах, а живые люди, которым надо пить, есть, спать в тепле. Армию нужно снабжать и обеспечивать.



А вот с обеспечением не заладилось. Генерал и будущий гетман Павел Скоропадский в мемуарах вспоминал:

«Части в большинстве случае жили в отвратительных условиях, в сильную зимнюю стужу они находились в не отапливаемых вагонах. Как я не хлопотал, но абсолютно ничего не мог добиться от Киева».

Не исключено, что среди членов Центральной Рады были и такие, кто не хотел усиления армии, означавшего и политического усиления отдельных офицеров, таких как Скоропадский. Но эти политические игрища в военное время абсолютно неуместны.

Предательство или безысходность?

Не удивительно, что многие части самораспускались или даже переходили на сторону большевиков. Именно так и случилось, например, в Нежине, буквально за десять дней до боя под Крутами.

Популярные статьи сейчас

Андрей Ермак предсказал ситуацию на фронте в ближайшие несколько месяцев, у Украины есть время до зимы

Дзидзьо уделил особое внимание Пономареву в его день рождения, а Зибров и Цибульская поддержали: "Обнимаю, Саня"

Рожавшая при 3-летнем сыне Регина Тодоренко вспомнила, как решилась на это дома: "Это опасно"

Карпатская мольфарка Магдалена Мочиовски призналась, как увидела во сне окончание войны: названы возможные сроки

Показать еще


Узнав о приближении большевиков, казацкий курень им. Тараса Шевченко просто разошелся по домам, причем официально, командование куреня издало соответствующий указ. Многие солдаты потом влились в ряды Красной армии. Почему они так поступили? Можно ли это назвать предательством?

Сложный вопрос. К январю 1918 года большевики еще не приобрели такой кровавой репутации, как впоследствии. Зато, в поисках союзников среди украинцев, очень много всего обещали и даже делали. У Центральной Рады не хватило политической воли, чтобы начать земельную реформу и на практике раздать землю крестьянами, как было обещано. Большевики же делали это быстро и без лишних вопросов.

Это потом будут колхозы и совхозы. Пока что большевики просто раздали землю нежинцам и получили в свое распоряжение имевшиеся у них боеприпасы, оружие и человеческие ресурсы. А ведь именно курень им. Тараса Шевченко должен был прикрывать бойцов под Крутами.

Иногда переход на сторону «красных» был продиктован и вышеупомянутыми жуткими условиями, в которых Центральная Рада держала бойцов армии УНР. Когда ты в двух шагах от обморожения, то не исключено, что пойдешь туда, где тебе нальют горячего супа и обогреют. Большевики своим солдатам это все давали. Поэтому судить перешедших на их сторону стоит все-таки очень аккуратно. Сложное время, непростые решения.

На верную смерть

Проблемы в армии УНР были не только с обеспечением. Сотник Степан Цап вспоминал:

«Появляются небольшие группы «бойцов» Студенческого куреня – их отсылают из окопов, потому что… они даже стрелять не умеют. Им приказано охранять станцию. «Юноши» Военной школы тут же учат их стрелять».



Подготовка рядового состава оставляла желать лучшего. Силы духа бойцам было не занимать, но стреляли многие из них первый раз в жизни. Кто же послал на верную смерть необученных студентов?

Занятно, что одним из ответственных за эту операцию был начальник Киевского военного округа, штабс-капитан Николай Шинкар, который спустя год сам перейдет на сторону большевиков и будет воевать в Красной армии.

Некоторые исследователи даже высказывали мысль, что Шинкар изначально был агентом «красных» в штабе армии УНР. Доказательств этому никаких нет, да и большевики вряд ли могли успеть завести агента в украинском тылу. Но даже и без этого штабс-капитана вряд ли можно было назвать надежным человеком.

Именно так бойцы армии УНР и студенты-добровольцы отправлялись на свою последнюю битву. Без обеспечения, брошенные своим правительством, брошенные отцами-командирами, даже без надежды на победу. Именно поэтому не стоит превращать их историю в красивую легенду. Трагизм битвы под Крутами кроется в деталях.